О любви к хирургии и жизни

30 июль 2019

«Иногда я завязываю с хирургией, надеваю фартук, скукоживаю плечи и понуро бреду на кухню готовить ужин...»  такими необычными словами встречает страница талантливого онколога, хирурга, заместителя главного врача по хирургической работе LISOD Сергея Байдо.

 Сергей Викторович, ранее лапароскопию все воспринимали как небольшое вмешательство в гинекологии. Большинство людей до сих пор не верят, что лапароскопически можно проводить серьезные хирургические операции. Расскажите, как все начиналось у Вас?

 С тех пор, когда я первый раз увидел, как работает не диагностическая, а хирургическая лапароскопия, «заразился» ею. Это был 1995 год,  клиническая ординатура. Лапароскопическую практику я начал с холецистэктомии (удаление желчного пузыря). В 1997 закончил ординатуру, защитил кандидатскую диссертацию и начал оперировать самостоятельно. За первые полгода освоил аппендэктомию, удаление паховых грыж и грыжи пищевода. Потом разузнал, чем в соседней операционной занимаются гинекологи. Как ни странно, но на тот момент в гинекологии лапароскопия не применялась, хотя еще в далеком 1901 году впервые эндоскопический (внутренний) осмотр брюшной полости с помощью электрической лампы, рефлектора и зеркала, введенного в живот через разрез влагалища применил знаменитый русский акушер-гинеколог Д. О. Отт. Поэтому я решился  попробовать делать гинекологические операции лапароскопически. Сначала  выполнял несложные вмешательства на маточных трубах при внематочной беременности, оперировал кисты. Не скажу, что было очень легко. Интернета тогда не было, и в некоторых важных вещах приходилось разбираться самостоятельно. Учились на тот момент по двум-трем фильмам, которые «транслировались» на японском кассетном видеомагнитофоне. Моим «учителем» был Курт Земм, немецкий гинеколог, один из первопроходцев лапароскопической гинекологии  его фильм по выполнению гистерэктомии (удаление матки) был для меня на тот момент наилучшим  пособием. В конце 1997 года я уже выполнил свою первую гистерэктомию. Иногда приходилось копить средства, чтобы поехать за границу, посмотреть на работу какого-то уникального доктора, который вышел за рамки лапароскопической холецистэктомии. По моему мнению, освоил я «лапароскопическую школу» довольно динамично, поскольку в конце 1998 года уже проводил первые операции в онкологии. А в 1999 году я первый в СНГ выполнил операцию Вертгейма.

— Что для Вас хирургия?

— Это и призвание, и, хобби, и обязанность, и ответственность перед другими одновременно.

 Некоторые из операций, которые Вы проводите, можно назвать уникальными. К Вам приезжают учиться хирурги из разных стран. Легкая ли для Вас миссия  обучать и вести за собой?

 Из-за насыщенной практической деятельности у меня, к сожалению, нет времени заниматься эпистолярным жанром: писать книги или учебники по лапароскопии. Но при этом в лапароскопической хирургии наш коллектив действительно обладает уникальными знаниями, которыми хочется поделиться. Мы обучаем массу коллег по стандартному американскому подходу в обучении интернов: «See one, do one, teach one» («Один раз посмотри, один раз сделай, один раз научи»). Это бесплатные мастер-классы для врачей. В нашу больницу приезжают со всего мира, ведь лучше один раз увидеть и сделать самому, чем сто раз услышать, прочитать в учебнике или посмотреть в интернете. Хирургия базируется на мануальных навыках и определенных приемах, и многие из них невозможно описать словесно. Только увидев собственными глазами, можно попробовать повторить это, причем успешно. Но для тех, у кого нет возможности посетить наши мастер-классы, существует интернет. На сегодняшний день он расширяет возможности для образования. Но все-таки эффект живого присутствия, когда врач может во время  операции получать ответы на интересующие его вопросы, не сравнится ни с одной трансляцией. В этом плане мне очень хотелось бы расширять свою деятельность.

 Был ли в Вашей практике какой-то уникальный случай, который Вы до сих пор считаете достижением? И к чему еще Вы стремитесь в профессиональном плане?

 Самураю нужна не победа, ему важен путь! Каждый шажок в направлении того, что до тебя никто не делал не только в странах СНГ, но и на всей планете,  для меня это уже уникальное достижение.  На моем счету более 10 000 операций. Каждую пропускаю через себя. Путь хирурга не бывает безоблачным, мы, к сожалению, не боги и тоже совершаем ошибки. А вот достичь такого уровня, чтобы их не повторять,  это то, к чему надо стремиться. Обучая других, надеюсь, чтобы через лет 10 у меня будет  пару десятков учеников, которым я мог бы положить на стол историю своей болезни, сказать: «Ты меня завтра оперируешь» — и точно знать, что все пройдет идеально! Делиться своими знаниями, чтобы спасти намного больше жизней, — это то, чего хочется  достичь!

 Чем, кроме хирургии, наполнена Ваша жизнь? Что дарит радость и вдохновение?

 Люблю жизнь, поэтому она любит меня. Такая гармония в отношениях приносит воплощение моих мечтаний. Люблю путешествовать — и путешествую, обожаю дайвинг и фридайвинг  и получаю невероятный адреналин и ярчайшие впечатления от красоты подводного мира. Фридайвинг прекрасен еще и тем, что дает возможность посмотреть не только вокруг, но и заглянуть внутрь себя. Как говорят фридайверы, «глубина выдавливает из человека все лишнее…» И это правда: там, на глубине, человек остается таким, какой он есть на самом деле. Нырнуть  значит не побояться увидеть себя без прикрас, без самообмана, без воздуха.

Еще очень люблю готовить из хороших продуктов. Обожаю мясные блюда.

 Приготовление пищи  это обязанность или вдохновение?

 Дни, когда я в операционной, пролетают очень быстро, и в этот период не могу о чем-то размышлять, оставаться наедине с собой, потому что все мысли сконцентрированы на операциях. А вот когда ты режешь мясо, огурцы, помидоры  самое время подумать о жизни.

 Часто экспериментируете на кухне?

 Бывало, что по будням я очень много работал и практически не видел семью. Поэтому в субботу традиционно надевал фартук и отправлялся на кухню  в какой-то мере это было моей компенсацией близким за время, не проведенное с ними. Но вместе с тем, это был и воспитательный момент, потому что дети, наблюдая за моей работой, тоже учились азам кулинарии. Сейчас же для меня готовка  больше метод релаксации.

— Бонус для наших читателей — «Рецепт от метра».

— Моим первым кулинарным  «шедевром» был  «Татьянин пирог». Подруга мамы, тетя Таня, пекла обалденный  фирменный пирог, за который мы с братом чуть не дрались.  Поделюсь  и с вами его рецептом: песочное тесто раскатывается на весь противень, поверх накладываются дольки абрикосов либо вишни без косточек и сверху все заливается безе (взбитыми с сахаром яичными белками). Вкуснотища непередаваемая!

***

Общаясь с Сергеем Викторовичем, понимаешь, что идя по пути познания и раскрытия своего внутреннего потенциала, можно стать действительно счастливым человеком. А еще соглашаешься с утверждением, что талантливый человек — талантлив во всем!

 

О любви к хирургии и жизни (3 фото)